Сочи, где состоялась последняя официальная встреча Джорджа Буша с Владимиром Путиным, находится неподалеку от Ялты, где Франклин Делано Рузвельт и Сталин провели вместе с Уинстоном Черчиллем в феврале 1945 года свой последний саммит. Рузвельт умер через два месяца, Сталин находился у власти еще 8 лет. Нечто подобное по определенным причинам может произойти и после Сочи. Буш в январе покинет Белый дом, а Путин, став премьер-министром, все также будет обладать влиянием и властью. Но эра Буш – Путин закончилась, иными словами, закончился этап, на котором отношения между Россией и Соединенными Штатами, казалось, зависели от личных отношений между лидерами.

Когда они впервые встретились в замке Брдо, в Словении, в июне 2001 года, у всех возникло впечатление, что эти двое созданы для взаимопонимания. На вопрос одного журналиста Буш ответил: "Я посмотрел в его глаза, и я понял, что это чистый и надежный человек. Я смог понять его состояние души: он глубоко предан своей стране и ее интересам. Я высоко оценил открытость диалога".

Были времена, когда два национальных лидера, пребывая в согласии между собой, обнимались, называли друг друга по имени и обращались друг к другу на "ты", и тогда складывалось ощущение, что Россия и Америка стали друзьями и что холодная война осталась лишь дурным воспоминанием.

События последующих месяцев, как будто подтверждали это впечатление. После терактов 11 сентября Путин одним из первых продемонстрировал чувства дружбы и солидарности. Когда началась война в Афганистане, в октябре, Путин дал разрешение на пролет американских самолетов над российской территорией и поддержал страны Центральной Азии в их намерении сотрудничать с Соединенными Штатами.

Второй саммит между двумя лидерами прошел в Техасе, на ранчо Буша, где и был открыт путь к созданию "НАТО-Россия" – новой структуры, получившей официальный статус во время североатлантической встречи в верхах в Пратика дель Маре в июле 2002 года.

Но ситуация начала меняться, когда Соединенные Штаты решили атаковать Ирак, где у России имелись серьезные нефтяные интересы, не дожидаясь голосования в Совете Безопасности ООН. Затем произошли и другие события: "революция роз" в Грузии и "оранжевая революция" на Украине (в организации которой русские усмотрели руку неправительственных американских организаций), расширение НАТО за счет трех балтийских республик, воинственная речь вице-президента Дика Чейни в Риге после "газовой войны" между Киевом и Москвой, американское решение о размещение элементов системы противоракетной обороны в Польше и Чехии, настойчивая кампания Вашингтона за вступление Украины и Грузии в Североатлантический альянс.

Реакция Путина на каждую из этих "провокаций" была жесткой. Американцы отвечали, указывая на авторитарный поворот в России и на использование нефти в качестве инструмента власти.

Но все эти эпизоды не помешали Бушу и Путину, по различным причинам, удерживать свои страны на самом краю кризиса. По причинам целесообразности, естественно. Присутствующие в Ираке и Афганистане, Соединенные Штаты не могли открыть новый кризисный фронт со страной, у которой есть обширные интересы в данных регионах. Что же касается Путина, вознамерившись модернизировать Россию, он осознавал, что не может обойтись без финансового и технологического сотрудничества с американцами. Разрыв оказался бы губительным для обеих сторон. Но кто знает, возможно, они не были бы столь осторожными, если бы тот взгляд в глаза друг другу семь лет назад в Словении не способствовал отношениям взаимного доверия.