В интервью Bloomberg Гавел заявил, что «народы, которые отбросили советский режим в 1989 году, не должны уступить Владимиру Путину и Дмитрию Медведеву, которые пытаются расширить влияние Москвы в Центральной и Восточной Европе».

«Необходимо сказать вежливо и с дружественной улыбкой, что мы свободны и что мы будем делать то, что хотим», – посоветовал Гавел. По его мнению, в случае шантажа и угроз перебоями поставок газа, Европа должна сказать России, чтобы та «оставила этот газ себе».

Такой вроде бы наивно-идеалистический взгляд Гавела на самом деле очень важен не только для Европы. Зависимость от российского газа — одна из важнейших причин, по которым Евросоюз оказался совершенно не в состоянии не то что отстаивать, но просто декларировать ценности европейской демократии, на которых был основан. Он важен для самой России, которая, уверившись в своей неиссякаемой мощи на основе обладания гигантскими запасами нефти и газа, под влиянием роста мировых цен на энергоресурсы, начиная с середины 2000-х годов, стала откровенно шантажировать другие государства самолично провозглашенным статусом энергетической сверхдержавы. Такой взгляд важен и для всей мировой политики, переживающей очередной системный конфликт интересов с идеалами, в котором первые побеждают за явным преимуществом.

Разумеется, не все так просто. Если не идеализм, то некая идейность явно присуща самым варварским режимам современного мира — от северокорейского до иранского. Усама Бен Ладен, ставший главой самого крупного в истории человечества вертикально интегрированного террористического холдинга, тоже в некотором роде идеалист, он тоже рассуждает о «правильном миропорядке» и «справедливости». Идеалистами, хотя бы на словах, были политические циники и варвары Сталин и Гитлер, Пол Пот и Саддам Хусейн. Поэтому Гавел говорит о необходимости не разменивать на газ те идеалы, которые сделали западную модель мироустройства притягательной и наиболее эффективной. Грубо говоря, он пытается напомнить Европе (и России, между прочим, тоже), что для нее свобода важнее колбасы.

И что при реальной политической и экономической свободе колбаса бывает всегда, а при подавлении свобод — нечасто. И что, потакая варварам, пусть даже по сугубо экономическим причинам, цивилизация неизбежно губит себя.

Россия, став одним из королей шантажа в современном мире, все же уступает в этом малопочтенном ремесле Ирану, Северной Корее, той же Белоруссии, которая как раз РФ преимущественно и шантажирует.

Мы еще не дошли до ядерных испытаний в обмен на рис и топливо (привет Ким Чен Иру), до бесконечного требования кредитов в обмен на туманное обещание признать Южную Осетию с Абхазией (привет «батьке»), до разработок ядерного оружия на фоне пещерного антисемитизма и предельно воинственной риторики (привет Махмуду Ахмадинеджаду). Но мы уже имеем за плечами энергетический, боржомный, винный шантаж некоторых постсоветских государств, мы уже воевали с Грузией и создали прецедент односторонней перекройки границ на постсоветском пространстве.

Наши власти (и, увы, значительную часть населения) прямо-таки распирает от сознания собственной значимости, когда мы чуть ли не требуем от ЕС не предусмотренных никакими контрактами денег для кредитования транзита Украиной нашего газа. И угрожаем повторить то, что сделали в минувшем январе — оставить без газа аккуратных и честных европейских потребителей. Но ведь этот шантаж — палка о двух концах. Европа останется без газа? Так и Россия останется без денег за него.

Есть, конечно, прагматическая сторона дела — строить альтернативные России газопроводы, переходить на альтернативные источники энергии. Но ключевой является сторона идеалистическая, моральная: Европа изначально не должна «продаваться за газ», Россия изначально не должна думать, что наличие углеводородных ресурсов автоматически позволяет ей не иметь ни стыда ни совести.

Вацлав Гавел, как человек куда более тонкий, образованный и мудрый, чем большинство сегодняшних действующих политических лидеров, понимает, что шантаж, политика в корыстных интересах элит, в конечном счете губительна и для тех, кого шантажируют, и для тех, кто шантажирует. Когда страна изъясняется с остальным миром языком тюремного пахана, когда она несет человечеству сплошную агрессию, она разрушает себя изнутри, потому что утрачивает внутренний конструктивный стержень, благодаря которому только и можно развиваться. Когда мы хотим всех «кинуть» и «порвать», мы прежде всего «кидаем» себя, рвем свою собственную связь с основами человечности – с уважением, свободой самовыражения, самоценностью человеческой жизни.

Шантаж — это стратегия выживания, желание урвать что-то сейчас или хотя бы напугать окружающих. Но жить и созидать, постоянно пугая и пугаясь, невозможно.

Драматург Вацлав Гавел в короткой реплике раскрыл одну из ключевых драм современного миропорядка: в нем нет никаких общечеловеческих принципов, один голый экономический цинизм вкупе с политической распальцовкой. Но короли шантажа не могут править миром – они могут только вести его к самоуничтожению.

Семен Новопрудский, заместитель главного редактора газеты «Время новостей»