Но это было одностороннее мнение. Непреклонный Путин ответил: "У нас нет данных, говорящих о том, что Иран стремится к производству ядерного оружия. Таких объективных данных у нас нет". Иными словами, он выступил с позиции, противоположной позиции Франции, угрожающей санкциями и бомбардировкой. Саркози был вынужден довольствоваться общим обещанием продолжать сотрудничать в Совете Безопасности ООН.

Другая горячая тема – независимость Косово. Саркози на встрече с журналистами упомянул о "тропинке" для выхода из жесткого противостояния между Москвой и Западом, однако в ходе пресс-конференции прозвучал лишь туманный намек на балканскую головоломку: "Очень важно, чтобы Европа оставалась единой, и чтобы продолжалась дискуссия с русскими друзьями, чтобы найти решение, которое бы ни унижало никого". "Тропинка" явно была очень узкой.

Прежде чем вновь встретиться с российским президентом, Саркози побеседовал с тремя активистами правозащитного движения, руководителями "Мемориала", которым он "выразил поддержку со стороны Франции". Путин вел себя безукоризненно, он не усмотрел "ничего плохого в этой встрече", но, тем не менее, отметил: "Плохо, если эти организации используются одними государствами в отношении других как инструмент для достижения своих внешнеполитических целей". Серьезное предупреждение. При обсуждении экономических вопросов оба лидера проявили меньшую холодность: они говорили о возможном вхождении французских капиталов в "Газпром", являющийся энергетическим колоссом.

А что же новые члены Европейского союза – поляки, чехи, болгары, румыны? Париж прославился фразой "они не воспользовались хорошей возможностью промолчать", посредством которой Ширак резко осудил эти страны за то, что они направили послание поддержки Бушу на заре иракского кризиса. И вот Саркози на обломках этой дипломатии лихо приступил к реализации Ostpolitik, чтобы переделать Европу с ее альянсами.

Краткое резюме. Ностальгический визит в Будапешт, на землю своих предков, о которой он предпочитал не вспоминать в процессе овладения французской самобытностью. "В Европе нет больших и малых стран", – порадовал он мадьяр. Затем была Болгария: где он пользуется большей популярностью, чем местные политики, благодаря спектаклю по освобождению медсестер, содержавшихся в тюрьме в Ливии. И наконец, поляк Качиньский – плут ЕС, расстраивающий все планы. В Елисейском дворце заготовили целую корзину подарков: двусторонний рамочный договор по энергетике, сельскому хозяйству и экономике – лишь бы подозрительный поляк, охваченный навязчивой идеей быть участником банкета серии "В", понял, что может получить гораздо больше, если станет более сговорчивым.

Перевод - "ИноПресса"