Зачем министру Полтавцу шахтеры под Кабмином?

На столе у руководителя Минуглепрома ждет своей подписи приказ о выделении шахты 1.3 Новогродовская ГП Селидовуголь. Это уже четвертая с начала года государственная шахта, которая без каких-либо законных оснований передается в частные руки. По всему видать, началась черная приватизация угледобывающих предприятий.

Из четырех шахт объединения Селидовуголь Новогродовская дает порядка 30 процентов общей добычи. Шахта работает стабильно, с высокими уровнями зарплаты и без долгов людям. Это градообразующее предприятие: 14-тысячному городку обеспечивает 2500 рабочих мест. И на этот стабильный объект раззинул акулью пасть некто Виктор Вишневецкий – такой себе донецко-луганский предприниматель. С гетманскими замашками, этот представитель новой волны бедных, как называют тех, кто пытается подгрести остатки госсобственности под себя, уже получил от министра Полтавца почти-что царский подарок – три шахты. И вот теперь наступила очередь четвертой – Новогродовской.

Генералы (они же гендиректора угольных предприятий Донбасса) меж собой называют такую деятельность министра «перестройкой». Ведь одного желания и подписи министра оказывается достаточно, чтобы государственное предприятие в одночасье попало в сомнительные (не исключено, что нужные) частные руки. Перестройку в отрасли министр Полтавец пообещал с первых дней, как сел в руководящее кресло. Он заявил, что бедному госбюджету не по карману финансировать украинские шахты и поэтому привлечет к управлению гособъектами частный бизнес. Типа тогда будут миллионы тонн добычи и миллионы гривен доходов. И начал собирать инвестпрограммы на каждую шахту.

Пробные шары покатились с отдаленных уголков – Торезантрацит, Шахтерскантрацит, Снежноеантрацит. Эти госпредприятия министр приказал объединить и укрупнить. Вот только «по дороге» отдал три шахты Вишеневецкому. Кто на новенького? Селидовуголь? Там, — читай приказ, – уже одной шахты нет. Какие следующие объекты под прицелом?

И что потрясает – никакой программы, никаких аукционов, тендеров, утверждений в Фонде госимущества, инвестиционных обязательств. Ни-че-го! Как будто бы Минуглепром – частная лавочка Полтавца. Пришел туда покупатель, привел с собой надежных клиентов – и по рукам. Взять того же Вишневецкого. Его привел к другу-министру бывший гендиректор Павлоградугля и порекомендовал своего человека под программу теневой приватизации. Ибо по сути так оно и есть, что бы там министр не заявлял красиво и правильно…

А ведь примеры, что может случится вскоре с уведенными из-под госконтроля шахтами, хорошо известны. «Двадцатая» из Шахтерска сегодня в долгах как вшелках – по аренде, по налогам, по зарплате. У кого горняки буду требовать свои заработанные 2 миллиона? У частника – компании «Карбон», изначально инвестировавшей в предприятие немалые суммы, но дохозяйничалась до того, что теперь шахту в плачевном состоянии забирет государство обратно и будет ее закрывать. А это дорогое удовольствие для бюджета. И с шахтерами рассчитываться тоже придется правительству.

И кто может гарантировать, что через год-два эта история не повторится с Новогродовской? С другими предприятиями? И на Грушевского вновь не зазвучит пронзительный грохот шахтерских касок?